Все записи

Александр Ван де Путт: «Мир не крутится вокруг доминирующих одиночек»

Глава академического совета МФЦА: о том, какие кандидаты получают гранты на получение ведущих международных сертификаций, о служении обществу и фобиях относительно развития искусственного интеллекта.

- Профессор, расскажите немного о программе возмещаемых грантов Бюро МФЦА, которые могут получить казахстанцы, стремящиеся получить котирующиеся международные профессиональные сертификации?

- Давайте начнем с того, что покрывается грантами, а что нет. Грант подразумевает возмещение затрат на регистрацию, сами экзамены и подготовительные курсы обучения для успешной сдачи профессиональных сертификаций. К примеру, возьмем одну из самых популярных и востребованных среди казахстанских финансистов сертификаций - CFA.

Желающие подать на грант должны сдать CFA level I самостоятельно.

Когда они уже самостоятельно подают на экзамены CFA level II, то могут одновременно подать заявку на получение гранта и пройти обучение на курсах Бюро МФЦА.

У МФЦА есть академический совет, в который входят 6 представителей финансового центра. Перед присуждением гранта мы проводим личную встречу с каждым кандидатом на грант и принимаем совместные решения по каждому грантополучателю.

Мы проводим личное интервью, чтобы понять мотивацию кандидата, и могу сказать, что большую часть подавших заявку на грант и прошедших с нами интервью кандидатов мы одобрили, присудили им гранты.

У казахстанских молодых специалистов, которые решают получить международную сертификацию, очень высокая мотивация. Кроме того, у Бюро МФЦА очень высокорезультативные курсы, которые проводят тренеры, которые уже сами являются обладателями профессиональных сертификаций.

В рамках обучения кандидаты не только проходят обучение по материалам сертификационных программ, но и развивают soft skills через предоставляемый открытый доступ к 5 обязательным предметам на Coursera, таким как «Эмоциональный интеллект» или «Визуализация данных».

- А какие обязательства по гранту есть у кандидатов?

- Обязательство есть, и оно очень простое. Все кандидаты на грант должны сделать общественный вклад в казахстанское общество, обычно через преподавание, то есть они должны поделиться полученными знаниями с другими.

От 20 до 40 часов преподавания и обучения они могут провести в своих компаниях для своих коллег или в университетах для студентов. Такая работа для общества очень важна, ведь гранты – это государственные деньги, они принадлежат налогоплательщикам, поэтому люди, которые пользуются ими, должны вернуть часть знаний и распространить их в обществе, в котором они живут и работают.

Если посмотреть на опыт работы грантовой поддержки Бюро МФЦА, то пока 100 % заявок от кандидатов были удовлетворены. Мы выдали уже около 150 грантов, потому что кандидаты не только успешно сдали экзамен, но и выполнили прекрасную общественную работу.

- Вы сказали, что 150 грантов Бюро МФЦА уже выдало. Сколько еще грантов вы планируете выдать до конца этого года?

- До конца года мы готовы рассмотреть еще около 100 заявок.

- Вы упомянули, что кандидаты должны пройти обучение по 5 направлениям для развития soft skills. Значит ли это, что у многих казахстанских профессионалов такие навыки не на должном уровне?

- Мы в академическом совете всегда смотрим на то, как кандидаты на грант подходят к решению какой-либо проблемы. В кейсах, которые мы даем группам кандидатов нет единого правильного ответа. Они начинают их решать, обсуждать, а мы смотрим именно на то, каким образом каждый кандидат ведет себя по отношению к другим членам команды, какие подходы использует каждый из них. По сути 5 профессионалов должны прийти к консенсусу и выдать один ответ, после обсуждения, дебатов, аргументации. И все это на английском языке.

Мы наблюдаем за тем, как кандидаты строят коммуникации, как они говорят, как они слушают друг друга, насколько хорошо умеют работать в команде.

У нас есть небольшая анкета, которую мы заполняем на каждого кандидата во время прохождения интервью. В ней каждый член академического совета оценивает навыки, такие как презентационные навыки, умение слушать, и где мы отмечаем персональные характеристики, например то, что кандидата отличает скромность. Конечно, это субъективные оценки каждого члена совета, именно поэтому на интервью всегда должны быть несколько представителей, чтобы мнение было более объективным.

- Какой, на ваш взгляд, самый негативный паттерн поведения у кандидатов во время интервью?

- Мы ожидаем от кандидатов умения работать в команде, привлекать людей в дискуссию, использовать коллективные знания и видение. Почему? Потому что мир не крутится вокруг одиночек, он крутится вокруг людей, которые умеют кооперироваться с другими и работать вместе.

Возможно, около 5% кандидатов не получили гранты, но мы обязательно даем каждому из них обратную связь, объясняем причину отказа и просим вернуться к нам ещё раз. Это не отказ без основания причин. К примеру, у нас была одна молодая девушка, без сомнения очень умная, но в группе она не позволяла практически никому высказать своё мнение, доминировала над всеми и в итоге общим решением совета мы отказали ей в гранте. Но такие случаи единичны и не показательны. Тем не менее, для профессионалов международного класса очень важно иметь развитые навыки командной работы.

- А какие требования есть к кандидатам, которые хотят получить грант от Бюро МФЦА на получение международных сертификаций?

- Начнем с ограничений. Грант не могут получить иностранцы, гранты рассчитаны только для граждан Казахстана.

Во-вторых, кандидаты должны иметь законченное высшее образование. Сейчас мы планируем внедрить в некоторых университетах часть программ международных сертификаций. Переговоры уже прошли с тремя университетами, и мы начали изучать возможности совместной работы по внедрению программ профессиональных сертификаций сразу в программу бакалавриата по финансовым специальностям.

Например, сертификация ACCA не требует наличия высшего образования. Сертификация CFA и другие – требуют. Для себя мы решили, что у кандидатов должно быть высшее образование. Это два объективных требования.

Мы не проверяем банковские счета или что-то другое. Достаточно иметь диплом о высшем образовании, быть гражданином Казахстана и иметь сильное желание стать профессионалом международного уровня.

- Как можно подготовиться к интервью с Академическим советом МФЦА?

- Не нужно притворяться, будьте самими собой. Мы не делаем никаких тестов или что-то в этом роде, мы даем определенные задания и смотрим, как люди себя ведут в процессе их решения.

- Какую роль грантовая программа Бюро МФЦА может сыграть в развитии человеческого капитала в Казахстане, именно среди профессиональной среды?

- Я думаю, что грантовая программа Бюро имеет такую же цель, что и Президентская программа «Болашак».

По сути, 5 тысяч молодых казахстанцев должны стать профессионалами на уровне глобального рынка труда и получить признание как специалисты в финансовой индустрии, управлении рисками, HR и менеджменте.

Мы говорим именно о подготовке высококлассных специалистов, которые могут работать в иностранных финансовых компаниях. Могут соответствовать самым высоким требованиям глобальных работодателей.

Прежде чем запускать программу грантов, мы сделали опрос глобальных компаний, и они дали нам понимание того, какие технические и профессиональные навыки им нужны. В результате, на основе этого понимания мы и спроектировали грантовую программу и программы обучения подготовки к сдаче сертификаций.

Мы понимаем, что обучение - это не статичная вещь и продолжаем изучать новые программы, постоянно меняем подходы и содержания курсов.

Например, мы искали образовательную программу по зеленым финансам, и различные профессиональные сертификационные компании дали свои предложения, порекомендовав нам лучших провайдеров, которые уже занимаются обучением в этом направлении.

- Расскажите немного о своем профессиональном опыте в сфере финансов и управлении.

- Я работал как в сфере консалтинга в McKinsey & Company и PwC, так и непосредственно в корпоративном секторе. Это сделки, IPO, бизнес, оценка компаний, стратегическое развитие. Из корпоративного опыта – это корпорация Shell, где я работал по корпоративной стратегии и управлению портфолио. На Всемирном Экономическом Форуме я работал в исследовательской группе, которая оценивала конкурентоспобность, сценарии развития и глобальные риски. Эта исследовательская работа также объединяла несколько сотен представителей академической среды, с которыми мы могли работать во время развития наших инициатив.

Я учился в Гарвардской Школе Бизнеса, имею три PhD, которые защитил в Лондонском университете по финансам, инженерно-экономическим системам в Кембридже и в Женевской Школе Дипломатии. Я никогда не перестаю учиться. Конечно, речь идет и о профессиональных сертификациях.

Я являюсь членом института независимых директоров в Великобритании, Сингапуре и в США - это профессиональные институты в корпоративном управлении. На мой взгляд, это критически важная отрасль. К примеру, в отчете EBRD отмечается, что корпоративное управление в Казахстане имеет много пунктов для улучшения. Со своей стороны я хочу помочь в корпоративном управлении МФЦА, а также его органов.

Что касается преподавательской деятельности, то я профессор IE Business School в Мадриде. Но я никогда не хотел работать только преподавателем, потому что мне важно быть как в бизнесе, так и академической среде, чтобы приносить «реальную практику» в лекционный зал, чтобы студенты могли применить свои знания в реальной жизни.

У меня были свои курсы в нескольких ведущих университетах, был деканом в Grand Eсcole во Франции. В сентябре 2020 буду вести курс в Сингапурском университете.

Моя стратегия – это показывать студентам реальные бизнес кейсы, которые нужно решать.

На самом деле, я сам многому учусь у студентов, намного большему, чем они у меня. Конфуцианство правильно подходит к обучению, учение говорит: «Все что услышишь, ты забудешь, что услышишь и увидишь – запомнишь, то, что делаешь – понимаешь».

Я фокусируюсь на обучении через совместную работу, просто контролирую процесс. Ведь если у тебя в аудитории 30-40 умных студентов, то они могут научить тебя большему, они могут научить большему друг друга.

- Сколько часов вы вообще спите?

- Сплю ли я? Да, причем достаточно (смеется – прим.ред.). Я думаю, что важно хорошо управлять своим временем, и у меня есть несколько своих простых правил. Например, если авиаперелеты короткие, я никогда не сплю. Если перелеты длинные, то я сплю с самого начала до конца полета.

Я стараюсь хорошо организовать своё время, каждое воскресенье утром я делаю план на неделю, каждое утро я делаю детализированный план на день: утро, полдень, вечер. В календаре все вносится даже на 6 месяцев вперед. Я уже знаю что буду делать в этот период и планирую наперед.

Третье – всегда занимаюсь спортом, в дороге в любой гостинице есть спортзал или бассейн.

Нет никакой магической формулы, для меня такое планирование и управление временем хорошо работает, для кого-то эффективен другой подход.

- Сейчас многие говорят о том, что с ростом продолжительности жизни меняется подход к карьере, работе в целом. Меняется жизненный цикл, и пенсионный возраст будет постоянно откладываться, а это значит, что работать нашему поколению нужно будет больше и дольше.

- Жизненный цикл можно разделить на обучение, зарабатывание и служение. Этап обучения в начале жизни самый большой, этап зарабатывания денег становится важным в определенный момент жизни, и когда ваши дети уже стали взрослыми, вы можете уделить больше внимания общественным нуждам. Но не обязательно так.

Например, еще работая в McKinsey & Company, я начал бесплатно работать в совете директоров компании «Врачи без границ». В тот период у меня ещё не было какой-то финансовой уверенности в жизни, но я хотел поддержать эту потрясающую организацию, потому что мне нравится их видение и то, что они делают в мире.

Что касается будущего, то однозначно я не вижу себя пенсионером в 65 или 70 лет, это точно. Возможно я буду работать меньше, чем сейчас.

Дело не в трудоголизме, просто я реально счастлив от своей работы, мне нравится то, что я делаю, более того, в МФЦА прекрасная команда, и если мы реализуем то, что планируем, то я буду чувствовать огромную гордость за то, что стал частью позитивных изменений в Казахстане.

Кстати, в наших образовательных и грантовых программах нет возрастных ограничений. У нас есть несколько человек, которые подали на гранты в возрасте 40+. Это будет нечестно, если мы будем ограничивать кого-то в желании учиться и стремиться к лучшим профессиональным стандартам.

Люди хотят стать лучше в любом возрасте. Мы не спрашиваем, сколько вам лет, нам интересна мотивация. И если она будет убедительна, то почему нет?

К примеру, у меня есть ментор, которому 92 года, он все еще активно работает, у него невероятно умственная ясность, просто фантастическая.

- Вы участвуете в больших академических дискуссиях, постоянно держите руку на пульсе корпоративного сектора. Расскажите о своем видении того, как искусственный интеллект изменит ландшафт нашей профессиональной жизни?

- У меня нет кристального шара, чтобы видеть точно, но хочу напомнить, что в 1966 TIME MAGAZINE опубликовал статью, в которой утверждалось что в 2000 году каждый в США будет богат, потому что всё будут делать роботы.

Случилось ли это? Нет.

Стоит ли переживать по этому поводу? Думаю, что нужно однозначно принимать во внимание скорость изменений. В бизнесе и среди населения все еще много тех, кто не готов меняться.

Например, в угольной отрасли рабочие должны апгрейдить свои навыки, потому что уголь рано или поздно исчезнет, это иссякаемый ресурс, но при этом в этой индустрии работает все ещё много людей. У молодых людей длинный профессиональный горизонт, им нужно развивать новые навыки быстрее.

На одной конференций AIFC я модерировал панельную дискуссию как раз по этой тематике. В дискуссии принимали участие несколько ведущих академических звезд, а также главы технологических компаний и бывший глава Nasdaq.

Так вот, для финансового сектора технологии уже не новость, трейдинговый валютный арбитраж уже автоматизирован, торги происходят невероятно быстро. И технологии вытеснили финансистов не только в этой нише, ведь уже есть полностью цифровые банки, технически это уже возможно и их быстрый сервис однозначно импонирует клиентам.

Есть две позиции по поводу того, как искусственный интеллект будет внедряться в нашу реальность.

Если в один день всё будут делать роботы, а люди останутся без работы, тогда всем работникам нужно просто начислять какой-то средний ежемесячный доход. Это решение предложил один из последних Нобелевских лауреатов, и по этому вопросу в Швейцарии даже проводили референдум. Это один подход.

Вторая позиция - быть протекционистом, защищать свои рабочие места, замедлить искусственное проникновение технологий, но тогда страны могут потерять конкурентное преимущество, а другие выиграть в этой конкуренции.

Откровенно говоря, мне больше нравится первый вариант, чем второй. Нужно просто больше и внимательно работать над этическими вопросами «машины».

Мой друг был одним из ведущих топ-юристов, уже стал партнером конторы, вдруг ушел из топ-компании с высокими доходами, большими контрактами, командировочными, бонусами. Ушел, чтобы создать собственную юридическую практику на базе искусственного интеллекта. Работу, которую делают 10 юристов, более качественно будут делать всего 3 юриста, которых поддерживает искусственный интеллект. Какую фирму вы выберете?

Марион Ле Брюшек: «Строить в себе профессионала нужно прямо сейчас»
Алибек Жамбыл (CFA level III Candidate) о том, за что рынок так высоко ценит обладателей CFA
Работодатель с Top Employer как ресторан с Мишленовской звездой
«Делайте сертификацию HRCI или…сертификацию»
Что делают самые прогрессивные после окончания университета?
Индира Занкина: “С сертификацией легче устроиться в международную компанию, особенно если нет образования в топовых университетах».