Все записи

Интервью с главой сети медцентров HealthCity Алмазом Шарманом

Глава сети медцентров HealthCity Алмаз Шарман: «Я лично интервьюировал 95 врачей и принял нелегкое решение».

В рамках проекта HiPO Talks мы встретились с основателем сети медицинских центров HealthCity Алмазом Шарманом. Что происходит с медициной в Казахстане, как теория вероятности помогает современным врачам ставить диагнозы, и том, как подходы в Кремниевой долине внедряются в казахстанском медцентре, читайте в нашем интервью. Кроме того, один из самых известных медиков в Казахстане дал всем пользователям HiPO, которые много сил и времени инвестируют в карьерный рост, 4 совета о том, как позаботиться о своем здоровье.

- Алмаз, вы закончили один из сильнейших в свое время медицинских институтов в Казахстане и являетесь потомственным медиком. В последнее время, многие говорят о нехватке квалифицированных кадров и упадке медицины в стране. Расскажите о том, что видите вы?

- Количество врачей на душу населения в Казахстане гораздо выше, чем в Америке, в Британии, Германии и других странах. Проблема в том, что врачи в Казахстане выполняют не те функции, которые современные врачи сейчас выполняют в других странах.

Очень важно уделять внимание изначально подготовке медиков и мотивации медицинского персонала таким образом, чтобы они были амбициозными, стремились повышать свою квалификацию и, соответственно, чтобы их труд достойно вознаграждался. Моя позиция – лучше меньше, да лучше.

Недавно я участвовал в совещании министерства здравоохранения, и меня спросили, как осуществляется подготовка в ведущих медицинских университетах. Я ответил, что в Гарварде или в университете Дюка в год выпускается порядка 100 врачей, а у нас только один из медицинских университетов в год выпускает 1 400 медиков. Очень важно действительно сосредоточиться на качестве, а не на количестве.

У нас не совсем верно расставлены акценты. К примеру, в США в академических центрах на 1 врача приходится 3 или 4 средних медработника, так называемые, nurse. Многие функции вместо врача выполняют именно они. У нас средний медперсонал не выполняет те функции, которые нужно было бы, и вместо них их выполняют сами врачи. На мой взгляд, если выстроить распределение функций в правильном русле, правильно расставить акценты и предоставить соответствующее должное возмещение за работу, я думаю, что ситуация в системе выправится.

- Многие абитуриенты предпочитают выбирать специальность нефтяника, экономиста, но не медика. Почему на ваш взгляд профессия медика стала менее популярной, чем к примеру, диплом экономиста? Меняется ли на ваш взгляд парадигма?

- Сейчас мы оказались перед фактом - к сожалению, мы не можем похвастаться хорошими сильными кадрами в медицине. Конечно, есть врачи, которые несмотря на сложности, преграды и катаклизмы стали хорошими профессионалами. Но в общей массе качество медиков в Казахстане не очень хорошее. Но ситуация меняется, общество наконец-то очнулось.

Часть людей уже поняла, что накопление материальных благ имеет границы и не приносит полного счастья. Все больше казахстанцев осознает 2 вещи: во-первых, важно дать хорошее образование своим детям, именно поэтому их начали отправлять в ведущие вузы. Личное здоровье является не менее важным. В медицине это осознание происходит только сейчас.

Теперь введена система социального страхования, по которой пациенты будут выбирать врача и медицинскую организацию, а деньги будут идти вслед за пациентом. Что это означает? Это значит, что медики будут больше стараться и те, кто будет лучше квалифицирован, предан своей профессии, будет получать больше материального возмещения. У меня есть убеждение, что эта реформа улучшит систему медицины в стране. Она немного похожа на американскую программу на ObamaCare, но с обратной стороны. Если раньше в Америке медицина представляла собой чисто капиталистическую систему, то Обама внес в нее государственный порядок и тем самым покрыл медицинской помощью порядка 30 млн американцев. Казахстан же идет в противоположную сторону – медицина была чисто бюджетной системой, со своей неуклюжестью, коррупцией и бюрократией, а реформа нацелена на то, что бы попытаться ее дерегулировать и внедрить рыночные механизмы.

-До сих пор большая проблема найти хорошего медика в Казахстане. Хотя публичные рейтинги по обращениям бы очень помогли, а не анонимные форумы.

-В Казахстане уже работают над этим. К примеру, есть проект Idoctor.kz. В США и Европе есть много сайтов, где пациенты могут выбрать себе врача на основе официального рейтинга и отзывов пациентов. Но не стоит идеализировать такие ресурсы, ведь медицина – это word of mouth, сарафанное радио и никакие технологии не сравняться с рекомендациями. На мой взгляд для этого нужно предоставить отличный медицинский сервис, и это один из приоритетов для нашей клиники HealthCity.

- Вы ведь стали соучредителем и руководителем сети клиник HealthCity в Казахстане. Расскажите подробнее об этом проекте.

- Идея открытия медицинского центра проста. Дело в том, что многие казахстанцы ездят за рубеж за медицинской помощью, особенно в Германию, Корею и Израиль. При этом значительная часть казахстанцев ездит для того, чтобы просто сделать check up, то есть сделать диагностику, чтобы знать о состоянии своего здоровья и о потенциальных для него рисках. Такая диагностика обходится вместе с перелетом до 10 тысяч долларов. Помимо этого, ведь есть еще расходы на проживание, время, языковой барьер и еще масса других вещей.

Вместе с партнерами мы подумали о том, почему бы не создать такие условия, чтобы проводить эту высококлассную диагностику в Казахстане, с использованием подходов и алгоритмов крупнейших клиник мирового уровня.

В HealthCity мы заимствовали много алгоритмов от Samsung Medical Center, ведущего корейского медицинского центра, а также от Mount Sinai – ведущей клиники Нью-Йорка. Помимо подходов, нам очень важно было создать хороший сервис и наладить обслуживание пациентов, и мы привлекли идеи нашего постоянного южнокорейского партнера Kosin University Hospital. Со всеми этими центрами у нас очень тесные рабочие отношения.

Почему мы сосредоточились на диагностике и сервисе? Во-первых, людям необходимо просто знать состояние своего здоровья. И это правильно, каждый должен знать, что его ждет – ведь мы живем в стрессовых ситуациях, где существуют различные риски заболеваний. Поэтому мы создали в нашем центре такие возможности, которые дают ответы пациентам - какой статус в здоровья сейчас и какие риски могут скоро реализоваться в зависимости от возраста, пола и даже этнической принадлежности. Мы можем ответить на многие вопросы и доступно объяснить, ответить на все вопросы. Мы создали для этого специальные комнаты дебрифинга, где все врачи, проводившие исследование садятся и детально объясняют пациенту его «паспорт здоровья», что творится с его организмом и какие риски у него сейчас есть. И, к сожалению, очень часто эти риски реализуются – люди склонны заболевать. И когда это происходит мы предоставляем необходимую помощь.

IMG_0790

- А каким образом вы организовали ваш центр? Он рассчитан только для тех, кто обращается за медицинской помощью за рубеж?

- Мы ориентированы на всю семью. У нас есть центр семейной медицины (для детей) и центр женского здоровья. Идея нашей клиники – создать семейную клинику, где можно получить ответы на многие вопросы, которые касаются своего здоровья, здоровья супруга/и, родителей и детей.

Мы не проводим здесь крупных инвазивных процедур и операций, потому для этого у нас есть широкие связи с ведущими достойными специалистами Алматы, Астаны и зарубежья. И нам важно, чтобы мы отправляли нашего пациента в хорошие руки специалистов, в которых мы уверены.

В прошлом году мы диагностировали рак печени у одного нашего пациента, который долгое время страдал гепатитом B и С, потом развился цирроз и возник риск рака. Мы нашли хорошего специалиста в Корее и ему пересадили печень, сейчас он наблюдается у нас.

У другого пациента, наши кардиологи нашли коронарную болезнь и направили его в национальный кардиологический центр. Сейчас он чувствует себя хорошо.

То есть, мы фактически работаем по принципу «одного окна»: пришел пациент, и мы сделаем все возможное, чтобы помочь ему на всех этапах. Мы, как дорожная карта, открываем путь в долину здоровья.

- То есть, не обязательно, чтобы у вас что-то болело, чтобы обратится к вам? Фактически – прийти к вам – это просто сделать комплексную проверку?

- Да, но естественно, что большинство обращений – это всегда какая-нибудь конкретная причина. Буквально сегодня к нам утром обратился крупный банкир, который вернулся из Сан-Франциско. После поездки у него появилось покраснение кожи. Он пришел, показался нашему доктору из Южной Кореи, сдал анализы, и мы посмотрим, в чем причина.

Второй пример – крупный медийщик в Казахстане, руководитель одного из самых крупных изданий сегодня пришел на чек-ап, который мы проводили в течение 2 дней. Выяснилось, что он плохо спит и испытывает головные боли, поэтому в чек-ап мы включили проведение МРТ. То есть, люди приходят как с конкретными жалобами, так и для обычной диагностики.

- Вы упомянули врача из Кореи, кого вы приглашаете на работу? И как вы оцениваете людей, которые хотят с вами работать?

- Мы активно привлекаем ведущих западных специалистов, к примеру, в прошлом году целый год у нас работала доктор Кристин Скулинг, терапевт из США, которая учила наших молодых врачей тому, как проводить врачебный осмотр по американской системе, которую я считаю самой лучшей в мире, с точки зрения технологий и отношения врачей к пациентам. Многие наши врачи прошли эту интересную школу, затем вместе мы съездили в Стэндфордский университет для того, чтобы внедрить процесс обследования пациентов по методике Стэнфорда. Как это ни странно, но в центре Кремниевой Долины пришли к выводу, что технологии – это супер замечательно, но без клинического мышления, осмотра пациента руками и интуиции врача – диагностика и лечение будут неполноценными.

Что касается, в целом вопроса подбора кадров, то мы оцениваем доктора по его отношению к пациентам. Можно подойти ведь по-разному: можно просто взять анализы крови и даже, не смотря в глаза, ставить диагноз.

Конечно, существуют подходы, когда можно поставить первичный диагноз даже без врача. К примеру, на сайте нашей клиники вы можете через программу symptomaster.com сами себе поставить предварительный диагноз. Многие вещи вы можете решить дома, даже не приходя к нам. Но если вы пришли к нам, нам очень важно, как врач будет строить отношения с вами.

Кроме того, мы внедряем технологию, которая основана на вероятностных алгоритмах диагностики болезни, то есть при диагностике пациентов будут использоваться технологии искусственного интеллекта. В июне она станет доступной, и наши врачи смогут ее использовать.

- Не могли бы подробнее рассказать об этом? И как находят общий язык между собой медики и новые технологии, основанные на алгоритмах и теориях вероятности?

- Диагноз всегда устанавливается на основе теории вероятности. И даже, когда врач ставит диагноз, никто со 100 процентной вероятностью не может сказать, что у пациента именно вот это заболевание.

У наших врачей будет возможность использовать все технологические результаты в контексте исследования конкретного пациента, а затем уже использовать свою интуицию, опыт и клиническое мышление для того, чтобы вынести свое заключение. Я уверен, что только в сочетании этих двух вещей можно принять правильное решение.

Сейчас медики стоят на шатком мосту над глубоким ущельем, с одной стороны позади осталось мышление работника клинической медицины, которого часто не хватает, а впереди – технологии, до которых они еще не добрались. Наша задача заключается в том, чтобы укрепить этот мост и вывести всех туда, чтобы они научились «клинике» и могли использовать новые технологии.

Я принял решение, что лучше принять на работу молодого, подающего надежды специалиста, из которого можно вылепить специалиста новой формации, с белого листа, который научится клиническому мышлению и который еще достаточно молод, чтобы принять технологии и правильно их использовать. Мы приняли на работу молодых врачей, со многими из них у нас ничего не получилось по разным причинам, мы расстались. Осталось несколько молодых докторов, на которых я возлагаю большие надежды. Я сам лично интервьюировал 95 человек, из них отобрал порядка 20, а через год у нас осталось 6 врачей.

Многим не нравятся мои требования, но уверен, что тех кто поверил нам, ждет большое будущее.

- А какие основные причины «расставания»?

- Кто-то уходит сам, не принимает нашей философии и идеологии. Затем есть требование – знать английский язык, учить его, чтобы следить за современной научной работой, не все справились с такой задачей. Причины расставания разные, я не в коей мере не жалею ни о каком конкретном случае и, конечно же, я продолжаю сомневаться в своем подходе. Мне часто говорили – просто возьми наших опытных врачей, у которых уже есть своя база пациентов, которые сразу принесут доход. Но я сам врач с 30-летним стажем, у меня есть свои стереотипы, от которых в 56 лет мне сложно избавиться. Поэтому не думаю, что если врач в течение многих лет получал не совсем объективные знания, ему просто физически будет сложно переучиваться, принимать что-то новое. Даже не смотря на тот колоссальный успех, который он имеет сейчас, не думаю, что такой специалист сможет диагностировать и лечить на основе так называемой доказательной медицины.

- Наверное, одним из самых больших событий в области медицины было создание в Астане Медицинского холдинга под вашим руководством, где впервые в Центральной Азии были проведены уникальные операции. Расскажите подробнее об уникальных вещах, которые происходят в стенах Медицинского холдинга?

- Я очень горжусь опытом работы в Медицинском холдинге. Для Казахстана – это инновация. Одним из самых больших проектов в холдинге с точки зрения менеджмента было внедрение корпоративного управления, и сразу скажу, что мы внедрили его не до конца.

Мы создали систему корпоративного аудита, совет директоров, комитеты по финансам, ничего грандиозного, конечно, в этом нет – все эти институты предполагаются в любой национальной компании, но в медицинском секторе это было впервые.

К сожалению, конечно, часть процедур превратилась в бумаготворчество и формализм, это всегда риск, когда хорошие начинания могут закончиться таким результатом. Но радует, что идею корпоративного управления переняли и министерство здравоохранения сейчас внедряет эту идею.

Чем мне нравится идея аудита? Аудит несет не наказательный, а упредительный характер. Ведь, как проверки проводились раньше? Если пришла проверка, то она однозначно должна найти недостатки, и тут же в лучшем случае вынести административные наказания, а в худшем – начать уголовное преследование. Аудит необходим для того, чтобы упредить и не допустить подобные нарушения.

Единственное, что нам удалось реализовать хорошо – это впервые внедрить стандарты качества JCI Что это такое? В медицине это тоже самое что в банковской сфере получить рейтинг AAA от международного агентства.

Это самая престижная аккредитация в мире и ее получили 5 из 6 клиник Медхолдинга. Сейчас эти стандарты также внедряет медцентр управления президента. Что из себя представляют эти стандарты?

Фактичекски, это огромный «конгломерат требований», которые гарантируют качество и безопасность предоставления услуг как для пациентов, так и для медперсонала. К примеру, в них включены даже такие элементарные вещи как красные треугольники на лестнице. Они сделаны для пациентов, чтобы они могли различать ступеньки. И таких вот требований – тысячи, и с ними ежедневно сталкиваются и используют пациенты и врачи. И то, что клиники медицинского холдинга внедрили лучшие стандарты качества я считаю огромным достижением.

- Вы один из немногих людей с медицинским образованием, который очень любит новые технологии. Как вы внедряли информационные решения в сеть клиник?

- Действительно, мы внедрили единую информационную систему между клиниками, то есть, если у нас в Центре материнства и детства есть пациент, которая нуждается в госпитализации, мы знаем точно в какой клинике есть место. К примеру, у нас была беременная женщина, у которой был инсульт. Ее оперативно вместе с акушерами-гинекологами перевели в хирургию и сделали необходимую операцию. То есть, информационная система играет очень важную роль, когда речь идет о таких экстренных вопросах.

Кроме того, с первого дня мы поставили задачу, чтобы клиники медхолдинга стали частью Назарбаев университета, чтобы получить необходимую синергию медицинской практики и научной работы. И в прошлом году эта задача реализовалась. Сейчас они стали академическими центрами и в клиниках холдинга проходят уникальные операции с использованием новейших технологий.

Естественно, в HealthCity мы перенесли лучший опыт медицинского холдинга.

Что касается технологий в целом, то конечно, они “убивают" множество профессий, и эти процессы уже входят в медицину. Но в медицине технологии никогда не смогут заменить врачей. В мире около 14 тысяч различных заболеваний и более 6 тысяч видов операций, и ни один аппарат или искусственный интеллект не сможет с ними справиться на данный момент.

IMG_0773

- По вашей инициативе была создана государственная программа развития телемедицины для сельских районов Казахстана. В настоящее время телемедициной охвачено более 150 сельских районов. Не могли бы вы рассказать об этом проекте?

- У меня есть идеалистические идеи и глубокая вера в технологии. Как вы знаете, основная проблема в Казахстане – это огромная территория и низкая плотность населения. В свое время стоял вопрос: как можно подобрать и подготовить квалифицированных врачей с использованием технологий. Я подумал, что это можно решить с помощью телемедицины. В чем-то идея удалась, в чем-то нет. Медики не любят компьютер, не любят его включать, кликать мышкой и тд, а тем более, это не любят делать сельские врачи. Телемедицина хорошо решает вопрос консультаций, но проблема сел также в том, что там слабая коммуникация. Сейчас новый министр образования хочет объединить все 7 500 школ широкополосным интернетом. Если ему это удаться, я сниму перед ним шляпу, потому что реально контент должен быть доступен всем. Если появится хороший интернет, это поможет развитию медицины в том числе.

Мы сами в нашей клинике буквально ежедневно отправляем радиологические снимки своим зарубежным партнерам. К примеру, мы консультируемся с членом американской ассоциации радиологов, при этом живет в Маниле. Мы обращаемся к нему за так называемым «вторым мнением». И это действительно классно иметь такую возможность.

- Какие рекомендации вы можете дать молодым профессионалам, которые часто жертвуют личным временем и здоровьем ради карьеры?

Я бы хотел сказать о 4 важных вещах:

  1. Это интеллектуальное или интуитивное питание. Мы не машины и законы термодинамики не работают в человеческом организме, поэтому мы с супругой, которая закончила магистратуру в Университете Джонса Хопкинса, разработали собственную диету. Есть множество диет и подходов, выберете наиболее комфортную для вас.
  2. Нужно предупреждать стрессы. Из-за него возникают многие заболевания, это реальный катализатор. Стресса невозможно избежать, но к нему нужно готовиться. Приготовиться можно просто – ограничивайте свой рацион дважды в неделю. Это своего рода мягкий стресс.
  3. Нужно заниматься спортом. Тех, у кого нет времени – ежедневный забег по 20 секунд три раза обладает таким же эффектом как и часовая интенсивная ходьба.
  4. И последнее – нужно высыпаться. Нужно наслаждаться сном, это очень важный способ поддержания своего здоровья.

Эти 4 вещи я практикую сам и считаю, что это базовые вещи, которые каждый человек может и должен применять, чтобы поддерживать свою работоспособность и здоровье.

Диагностическая клиника HealthCity
Моя цель - помочь за свою жизнь хотя бы одному миллиону человек
Почему возникают детские инсульты
Профессия хирург - это призвание
Один день из жизни медицинского представителя
Жанар Марденова: «Надо всегда идти вперед!»